Утром 19 сентября 1727 года, когда часы ещё показывали восемь, 53‑летний глава Военной коллегии, генерал‑полководец, светлейший князь Александр Данилович Меншиков получил от императрицы указ о домашнем аресте. В тот же день была безвозвратно прервана блистательная карьера человека, которого часто называли «птенцом гнезда Петрова».
Меншиков, возлюбленный Петра I, охотно оправдывал себе все полученные титулы и привилегии. После смерти великого царя он, опираясь на гвардейские части, поддержал восшествие на престол Екатерины I и, фактически, стал правителем России. Однако в разгаре своей власти он допустил несколько серьёзных просчётов, которыми воспользовались представители старой аристократии. Несмотря на то, что в 1726 году был создан Верховный тайный совет, предположительно ограничивающий его могущество, Меншиков сумел занять в нём главенствующее место — но к тому моменту его союзники уже исчезли.
Незадолго до смерти Екатерины I, когда в стране решался вопрос о наследнике, Меншиков вырвал у умирающей императрицы согласие объявить наследником царевича Петра Алексеевича (внука Петра I) при условии его брака с дочерью Меншикова — Марией. Династические амбиции князя вызвали тревогу у его противников: князя Голицына и герцога Голштинского, которые усилили свои попытки ослабить Меншикова в Верховном тайном совете.
Особенно коварную роль в заговоре сыграл Остерман, ранее назначенный Меншиковым воспитателем будущего императора Петра II. Тщательно подбирая слова, он подталкивал юного монарха к противостоянию светлейшему князю, указывая на его расточительство, ослабление авторитета и пренебрежение самодержавными полномочиями.
В результате сложных интриг и утраты «полудержавного властелина» бдительности, Петр II, лишь за несколько дней до этого отказавшийся выйти замуж за Марию Меншикову, подписал указ о ссылке Меншикова, лишив его всех чинов, званий, должностей и огромного состояния. Два года спустя, в 1729 году, Александр Данилович скончался в Берёзове (современная Тюменская область), оставив после себя эпизод, ставший символом конца одной из самых влиятельных политических фигур начала XVIII века.
