К 1908 году, когда Художественный театр отмечал свою десятую годовщину, в труппе уже сложилась традиция «капустников» — неформальных представлений, где актёры шутили, пародировали друг друга и просто развлекались. Этот период стал отправной точкой для создания чего‑то большего.
От капустников к клубу‑кабаре
Инициатором нового проекта стал Никита Фёдорович Балиев, один из активных участников капустников. Вместе с меценатом МХТ Николаем Тарасовым и другими коллегами он арендовал подвал в доме Перцова, расположенном напротив Храма Христа Спасителя. 29 февраля состоялось торжественное открытие заведения, получившего название «Летучая мышь». Спустя год клуб переехал в Милютинский переулок, где продолжил своё развитие.
Что происходило в «Летучей мыши»
В новых стенах артисты находили место для отдыха, общения и экспериментов. Здесь они ставили новые номера, пародировали постановки собственного театра, а также пробовали свои силы в более формальном формате. С ростом популярности стали появляться спектакли с продажей билетов, и клуб постепенно превратился в полноценный театр‑кабаре.
Балиев привлек к работе талантливых актёров из московских и петербургских театров, сформировав собственную труппу. На сцене звучали анекдоты, каламбуры, шарады, лёгкие песенки и романсы. Кроме развлекательных номеров, репертуар включал постановки по классическим произведениям М. Лермонтова, А. Пушкина, Н. Гоголя и А. Чехова.
Переезд за границу
После Октябрьской революции, в 1920 году, Балиев вместе со своей труппой отправился в гастроли за пределы СССР. Они обосновались в Париже, где «Летучая мышь» продолжала работать до 1931 года, став ярким примером того, как русская театральная традиция могла адаптироваться и в чужой культурной среде.
Таким образом, от скромных капустников к международному театральному проекту прошёл путь, наполненный творческой энергией, смелыми экспериментами и желанием сохранять живую связь с классикой. «Летучая мышь» оставила заметный след в истории русского театра‑кабаре, демонстрируя, как искусство может находить новые формы и аудитории, даже в самые турбулентные времена.
