Ушел в отставку обер-архитектор Бартоломео Франческо Растрелли

3 ноября 1763 года императрица Екатерина II официально удовлетворила прошение обер‑архитектора Бартоломео Франческо Растрелли об отставке, предоставив ему годовую пенсию в тысячу рублей.

Путь от ребёнка‑иммигранта к мастеру Петербургского барокко

Растрелли появился на русской сцене почти в детском возрасте: его отцом, флорентийским скульптором Бартоломео Карло Растрелли, привезли в Россию маленького мальчика‑скульптора, который впоследствии посвятил почти полвека своей энергии развитию столичного архитектурного облика.

Творческий прорыв наступил в 1741 году, когда молодому архитектору доверили возведение деревянного летнего дворца для императрицы Елизаветы Петровны. Постройка (1741–1744) к сожалению не выжила, но именно она открыла путь к серии громких проектов:

• Дворец Воронцова (1749–1752) – один из первых городских дворцов, где барочная игра света и тени обрела характерный для Растрелли размах;
• Строгановский дворец (1753–1754) – лакмусовый тест на умение мастера сочетать монументальность с уютом придворного интерьера.

Летний дворец Елизаветы Петровны (1741) – гравюра М. И. Махаева, 1756. Общественное достояние.

Период великих каменных монументов

С 1747 по 1752 год Растрелли полностью погрузился в работу над Большим дворцом в Петергофе, где каждый фасад стал воплощением роскоши и динамики. В том же 1747 году он предложил эскиз Андреевского собора в Киеве, а в 1752–1757 годах возглавил перестройку Екатерининского дворца в Царском Селе (современный Пушкин).

Среди его наследия выделяются два по‑настоящему знаковых ансамбля:

1. Смольный монастырь (1748–1754) – монументальная композиция, где барочная пышность сочетается с духовным назначением здания;
2. Зимний дворец с легендарной Иорданской лестницей (1754–1762) – вершина императорского вкуса, где каждый шаг лестницы напоминает о триумфальном шествии.

Зимний дворец с Иорданской лестницей.

Когда мода меняет судьбы

С восхождением к престолу Екатерины II в 1762 году в придворных кругах зародилось убеждение, что барокко уже позади, а классицизм – путь в будущее. Императрица явно отдавала предпочтение строгим формам и геометрической чистоте, и заказы к мастеру резко сократились.

Ощущая, что его творческий потенциал застрял в прошлом, Растрелли попросил отпуск и отправился в Италию, надеясь найти вдохновение и, возможно, новые проекты. Вернувшись спустя год, он обнаружил, что интерес к его барочным шедеврам не возродился. Понимая, что время изменилось, архитектор принял решение уйти в отставку, получив от императрицы заслуженную пенсию.

Эпизод с отставкой Растрелли — яркое напоминание о том, как смена эстетических приоритетов может переписать карьеру даже самых талантливых мастеров. Его барочные памятники, однако, продолжают жить, превращаясь в живые учебники истории архитектуры и вдохновляя новые поколения дизайнеров.