В начале XX века в России зажиточные крестьянские хозяйства назывались «кулацкими», а их владельцев — «кулаками». Октябрьская революция 1917 года и последующая политика «военного коммунизма» нанесли кулачьему классу первый серьёзный удар: из 80 млн гектаров, которыми они владели до революции, было изъято около 50 млн гектаров.
С переходом страны к новой экономической политике (НЭП) в 1921 году, которая позволила возродить рыночные элементы, рост кулацких хозяйств вновь ускорился. К 1927 году их численность превысила миллион. Вместе с этим советская власть начала политику «ограничения и вытеснения» кулачества: налоги на их доходы резко возросли, особенно в 1927‑1928 годах, когда крестьяне всё чаще отказывались продавать хлеб государству по заниженным ценам.
27 декабря 1929 года, по завершении Всесоюзной конференции аграрных марксистов, Генсек ЦК ВКП(б) Иосиф Сталин выступил с программной речью «К вопросам аграрной политики в СССР». В ней он объявил о начале развертывания всеобщей коллективизации сельского хозяйства и о переходе от «политики ограничения эксплуататорских тенденций кулачества» к «политике ликвидации кулачества как класса».
Главными орудиями этой трансформации стали «раскулачивание» — конфискация кулацкой собственности — и репрессии, в первую очередь принудительное выселение кулацких семей в отдалённые регионы страны. Уже на начальном этапе коллективизации уровень насилия резко возрос: по официальным данным за 1930‑1932 годы более 240,7 тысяч семей было выселено, а к началу 1941 года эта цифра превысила миллион человек.
