Святой Григорий Богослов, архиепископ Константинопольский, получил своё прозвище благодаря глубочайшему познанию Писания и боговдохновённым толкованиям Священного слова.
Ранние годы
Около 329 года н. э. в небольшом имении Арианз, недалеко от Назианза в южной Каппадокии, родилась будущая великая личность. Его мать — святая Нонна — происходила из знатной христианской семьи; двоюродной сестрой она была святитель Амфилохий, епископ Иконийский. Отец Григория, Григорий Арианский, был состоятельным землевладельцем, который, под влиянием жены, отказался от принадлежности к одной из иудейских сект, принял крещение и стал ревностным христианином. Позднее он был рукоположен в пресвитеры, а затем в епископы Назианские, полностью посвятив свою жизнь служению Церкви.
По молитвам благочестивых родителей у них появился сын, которого мать ещё до рождения обещала Богу. Григорий и его младший брат Кесарий получили блестящее образование: сначала домашние занятия под наставлением дяди‑епископа Амфилохия, а затем обучение в школах Назианза, Кесарии Каппадокийской и Александрии. Юноша отличался не только выдающимися умственными способностями, но и горячим благочестием. Узнав от матери о своём посвящении Богу, он дал обет хранить целомудрие и чистоту души.
Афины и дружба с Василием Великим
Для завершения учёбы Григорий отправился в Афины, где в 374 году познакомился со святым Василием Великим. Их связь превратилась в неразрывную дружбу. Шесть лет в столице философии молодой святой посвящал изучению литературы, философии, математики, музыки, геометрии и астрономии. По завершении курса, по просьбе афинян, он некоторое время преподавал красноречие, а затем, в возрасте тридцати лет, вернулся в Назианз, где принял крещение от собственного отца, уже ставшего епископом.
Служение в Селевкии
В 374 году скончались родители Григория. Оставшийся без семейной опоры он отправился в Селевкию Исаврийскую, где служил при церкви великомученицы Феклы. Там он взялся за организацию больниц и приютов для стариков, активно собирал средства и налаживал порядок в этих учреждениях.
Борьба с македонской ересью
После смерти Василия Великого Григорий, исполняя последнюю просьбу друга, отправился в Константинополь, где в то время доминировала македонская ересь — отрицающая божественность Святого Духа. Большинство церквей города находились под контролем еретиков. В 379 году святитель начал проповедовать в небольшой семейной домовой церкви, названной «Анастасия» («Воскресение»), полагая, что именно здесь возродится истинное православие. Его речи отличались непререкаемой логикой и живой духовностью: он уверенно опровергал аргументы еретиков, раскрывая истинное учение Церкви. Слушатели, охваченные благоговением, записывали каждое слово, а количество прихожан стремительно росло.
При поддержке патриарха Александрийского Петра (373–380) и императора Феодосия (379–395) в 381 году Григорий был избран патриархом Константинопольским и официально утверждён на II Вселенском соборе.
Отступление и аскетизм
Возведение Григория на кафедру вызвало недовольство среди епископов Египта и Македонии, что привело к церковному расколу. Чтобы успокоить бурю, святитель отказался от притязаний и удалился в родовое имение Арианз, где принял строгий подвижнический образ жизни: босыми ногами, в одной изодранной одежде, спал на голой земле или на простом ложе из ветвей, питался лишь хлебом и овощами, а питьё ограничивался водой с небольшим добавлением уксуса.
Тем временем в Назианзе, где ересь всё ещё держала оборону, он поставил на престол благочестивого епископа Евлалия. Священник продолжал писать многочисленные письма, разоблачая еретиков и разъясняя православное вероучение. Особый акт великодушия проявил он, простив юношу, который попытался его убить в Константинополе.
Наследие
7 февраля 389 года (по новому стилю) святитель Григорий Богослов скончался, оставив после себя богатое духовное наследие: 243 послания, 507 стихотворений и 45 проповедей. Полный собор его творений был переведён на русский язык и издан трижды: в 1822–1841 годах, в 1843–1848 годах (шесть томов) и в 1889 году (два тома).
Эти произведения продолжают вдохновлять верующих и служат живым свидетельством гения и благочестия одного из величайших отцов Церкви.
